Искусство Архитектура
100 ЗHАМЕHИТЫХ ПАМЯТHИКОВ АРХИТЕКТУРЫ - ОТ ГЛУБОКОЙ ДРЕВHОСТИ ДО HАШИХ ДHЕЙ
Петербургские градозащитники попросят Полтавченко защитить "блокадную подстанцию"
Для хипстеров и бабушек
Искусство Дизайн
Трикотаж 2012 - самый модный материал
Тренды лета 2012 удивительно изящны
Модное искусство: Лучшие дизайнерские музеи и выставки от-кутюр 2012 года. ФОТО
Искусство Кино
Киевлян приглашают на вечерние просмотры лучшего французского кино
Что посмотреть в кино на выходных
Немая искренность Хазанавичуса
Искусство Музеи
Искусство интерьера
Афиша мероприятий на 28-29 января
От трости-шпаги до сумки кондуктора
Искусство Радио
В Украине появилась радиосеть "Радио Next", - proit.com.ua
4 февраля - официальное открытие "Радио Рекорд" в Москве - "RECORD GRAND OPENING"!
Госкомтелерадио Украины "реанимирует" государственное AM-вещания
Искусство Сценическое искусство
Театр
В новый театр - на "Холстомере"
Шаг навстречу глубинке
<<   Январь, 2012   >>
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
  1
2 3 4 5 6 7 8
9 10 11 12 13 14 15
16 17 18 19 20 21 22
23 24 25 26 27 28 29
30 31  
Искусство: Изобразительное за сегодня

Архив рубрики

октябрь 2012
сентябрь 2012
август 2012
июль 2012
июнь 2012
май 2012
апрель 2012
март 2012
февраль 2012
январь 2012
декабрь 2011
ноябрь 2011
октябрь 2011
сентябрь 2011
август 2011
июль 2011
июнь 2011
май 2011
апрель 2011
март 2011
февраль 2011
январь 2011
декабрь 2010
ноябрь 2010
октябрь 2010
сентябрь 2010
август 2010
июль 2010
июнь 2010
май 2010
апрель 2010
март 2010
февраль 2010
январь 2010
декабрь 2009
ноябрь 2009
октябрь 2009
сентябрь 2009
август 2009
июль 2009
июнь 2009
май 2009
апрель 2009
март 2009
февраль 2009
январь 2009
декабрь 2008
ноябрь 2008
октябрь 2008
сентябрь 2008
август 2008
Россiя (Москва) , N007 27.1.2004
       Блокадные дневники Дмитрия Бучкина. "
       Я рисовал хлеб. Чтобы не забыть, как он выглядит..."
       Сегодня отмечается День снятия блокады Ленинграда.
       Жесточайшие условия - обстрелы, бомбежки, голод, холод, отсутствие электрического света, казалось бы, не располагали к ведению дневников. Однако, как отметили Даниил Гранин и Алесь Адамович в своей "Блокадной книге", дневники вели многие ленинградцы. "Нам присылали, привозили тетрадки, старые конторские книги, где карандашом, бледными чернилами, аккуратно или наспех, коротко или подробно, иногда коченеющей рукой люди записывали пережитое..."
       Всему миру известен дневник Тани Савичевой. "Савичевы умерли все. Осталась одна Таня..." - прозвучало обвинением на Нюрнбергском процессе.
       Дневник Дмитрия Бучкина, к сожалению, известен узкому кругу людей. Как говорится, в силу обстоятельств.
       Кто, если не мы... -
       Сорок первый год, мне четырнадцать лет, я ученик второго курса средней художественной школы, - рассказывает Дмитрий Петрович. - А папа мой - выдающийся русский художник Петр Бучкин, профессор Академии художеств. Летом мы живем в Рождествено. Самое начало войны. Наш сосед по даче и папин коллега по академии художник-баталист Михаил Авилов, лично знакомый с Ворошиловым и Буденным, успокаивает нас: "Климушка и Семен Михайлович еще отдыхают. Вот вернутся они с дачи, и немцам будет капут!"
       Мы ходим к сельсовету слушать радио. Сводки утешительные: "Наши войска переходят на заранее заготовленные позиции". И вдруг сообщение: "Противником взят Псков". А через некоторое время - "Взята Луга!"
       Вскоре до нас стали доноситься раскаты орудийной канонады, в небе появились немецкие самолеты. И мы, четыре семьи ленинградских художников, чуть ли не бегом из Рождествено! Шестьдесят километров! Шли лесами - немцы бомбили и обстреливали дороги. На Пулковских высотах пришлось дожидаться темноты. Впереди - поля! Спрятаться негде. Стемнело, и огромная, скопившаяся за день толпа беженцев ринулась в город. А в Ленинграде никакой войны. Ленинградцы свято верили своим вождям, верили в сталинских соколов и в богов войны - артиллеристов. И вдруг - бомбежка! Прямое попадание в трамвай и в один из домов вблизи Владимирского собора. Едва ли не весь город устремился на Колокольную улицу - своими глазами увидеть, что и как. С этого дня для меня началась воина, а чуть позже - блокада.
       Папа завел альбомчик, стал вести дневник и делать зарисовки. "Димка! - говорил он мне. - И ты рисуй! Кто, если не мы..."
       Осталось последнее полешко...
       Дмитрий Петрович перебирает разрозненные листы. Все они одного формата, все - пожелтевшие. Это и есть его блокадный дневник. Большая часть "страничек из дневника" хранится в Музее обороны Ленинграда. (Блокадные зарисовки отца, Петра Дмитриевича Бучкина, хранятся в Русском музее.) Рисунки выполнены тушью, некоторые раскрашены акварельными красками. Почти каждый подписан. "
       Немецкие самолеты начинают бомбить ровно в семь часов. К этому времени мы уже на крыше. Марию Афанасьеву взрывной волной сбило с крыши... "Любимый город может спать спокойно" вспоминается с грустью. 7 октября 41-го года". -
       На крышу не надо было никого загонять, - говорит Дмитрий Петрович.- Мы, мальчишки, понимали, что спасаем свой дом. Двухсотграммовая бомбочка крышу не пробивала. Ее ногой просто скидывали вниз. А пятисотграммовая пробивала! И если "зажигалку" вовремя не погасить, дом сгорит! Так сгорел соседний дом. Его никто не тушил. У людей не было сил. Пожарные приехали, но из шланга только сосульки вылетали. Вода замерзала... "
       Папа сказал: в бомбоубежище больше не пойдем! Лучше погибнуть у себя дома, чем под обломками дома, в подвале". -
       Мы каждую ночь ходили в бомбоубежище, - поясняет Дмитрий Петрович. - А тут - не пошли! И ночью было прямое попадание в дом 27 на улице Рубинштейна, где находилось бомбоубежище, и все погибли. "
       Мама обменяла котиковую шубу на 12 кг пшенной крупы и была счастлива. Отец принес из мастерской 15 бутылочек льняного масла. Вместо буржуйки слепили печь из кирпича. Печка из кирпича лучше держит тепло". "
       Каждый день снится: прихожу в булочную, покупаю свежий, мягкий батон. Чтобы не забыть, как он выглядит, я его нарисовал. С 20 ноября норма хлеба: рабочая карточка - 250 граммов, иждивенцам и детям - 125 граммов. Мороз не спадает. 30 градусов. Каждый день бомбят..." "
       Всю ночь бомбили. Не спали до утра. Есть нечего, а еще бомбят..." "Блокада - это бесконечная черная ночь. Думаешь только о кусочке хлеба". "
       Я списал объявления, которые висели у Пяти углов: "Меняю кошку на десять плиток столярного клея" и "Меняю посеребренный самовар, две плитки столярного клея, старинную лампу с абажуром на пайку хлеба рабочей карточки". "Всем нам один конец", - сказал сосед по квартире Киршин. Он умер раньше всех, 7 января..." "
       21 января 1942 года. Утром выхожу за водой. Идет навстречу старушка. Упала. Возвращаюсь назад. Старушку запорошило снегом. Кто-то уже снял с нее валенки". "Осталось последнее полешко..." -
       Все, что было деревянное, сожгли. Но отец запрещал жечь книги, и в блокаду мы не сожгли ни одной книжки. Жгли паркет, мебель, - говорит Дмитрий Петрович.
       Кажется невероятным, но в этих нечеловеческих условиях семья Бучкиных выжила. После войны Дмитрий окончил Художественное училище имени В. Мухиной. Рисовал, писал, выставлялся, создавал в Угличе, на родине отца, картинную галерею Петра Бучкина. Жил полной жизнью. И сейчас ею живет. А еще хлопочет о том, чтобы наконец-то состоялась в Русском музее подготовленная полтора десятка лет назад персональная выставка его отца. И о том, чтобы блокадную детвору уравняли в правах с "Жителями блокадного Ленинграда". -
       Разделять нас - это по живому резать! На долю мальчишек и девчонок тягот и лишений выпало не меньше. Я письмо написал уважаемой Валентине Матвиенко. Если она не поможет восстановить справедливость, то кто?..
       Фото: -
       Дмитрий Бучкин в детстве. Фото из семейного архива Бучкиных
.Автор
       Владимир Желтов

Новости

"160 работ Анатолия Зверева" Музеи России 09:48
Большинство работ экспонируются впервые.
       Анатолий Тимофеевич Зверев родился 3 ноября 1931 года в Москве. Окончил 7 классов школы и Художественное ремесленное училище, недолго проучился в Художественном училище памяти 1905 года. Рисовал с раннего детства. Среди любителей живописи и коллекционеров известен и ценим с начала 50-х годов. В 1954 году композитор Андрей Волконский познакомил с творчеством Зверева известного коллекционера Георгия Кастаки, а тот, в свою очередь, с французским дирижером и композитором Игорем Маркевичем, который устроил первую выставку Зверева в Париже.
       Роберт Фальк, весьма скупой на похвалы, сказал о Звереве - "Каждый взмах его кисти - сокровище.
Все новости

Темы рубрики

  • КОМПЬЮТЕРНАЯ ГРАФИКА
  • ХУДОЖНИК
  • ТЕКСТУРА
  • ИСКУССТВО
  • ГАЛЕРЕЯ
  • ЖИВОПИСЬ
  • ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ
  • МОДИФИКАТОР
  • ПОЛИГОН
  • ТРЕХМЕРНЫЕ СЦЕНЫ
  • СЦЕНА
  • ПЛАГИНОВ
  • ПИСЬМЕННОСТЬ
  • ТУШЬ
  • НОВАЯ ТЕМА
  • РЕНДЕРЕРЫ
  • СЛОЖНЫЕ МОДЕЛИ
  • ПРЕДВАРИТЕЛЬНЫЙ ПРОСМОТР
  • ДРУГИЕ ПАКЕТЫ
  • ВИРТУАЛЬНАЯ СТУДИЯ